Квинтэссенция духовной практики


Садхана Панчака: Пять стихов о духовной практике, изреченные Шри Шанкарачарьей

Перевод с санскрита на английский язык и комментарии Свами Брахмананды

Перевод с англ. Владимира Афанасьева 1980 г. (отредактирован и подготовлен к печати в январе 2008 г.)

Опубликовано Свами Кришнанандой для Общества божественной жизни, Шивананданагар, и отпечатано в типографии Лесной академии йога-веданты, почтовое отделение Шивананданагар, округ Техри-Гархуал, Уттар Прадеш, Гималаи.


Шри Шанкарачарья, величайший представитель философии адвайта, изложил в пяти коротких стихах сущность духовной практики в помощь идущим по пути.

Среди определенного круга людей широко распространен рассказ о том, при каких обстоятельствах Ачарья (Учитель) сочинил эти стихи. Рассказывают, что это случилось в тот момент, когда Ачарья, окруженный группой сидящих возле него близких учеников, собирался войти в махасамадхи. Один из них обратился к Учителю: "О, Бхагаван, ты дал миру многочисленные комментарии на Бхагавадгиту, Упанишады и Брахма Сутры, а также несколько Пракарана Грантх и Стотр почти обо всех божествах.
В будущем, когда люди утратят способность понимать истинный смысл, заложенный в священных писаниях, для идущих по духовному пути, но не обладающих достаточно развитым интеллектом, будет чрезвычайно трудно и почти невозможно читать и усваивать все эти труды. Поэтому, будь так добр, снизойти дать миру краткие указания относительно того, что должны делать такого рода духовные искатели, чтобы достичь величайшего блага жизни". В ответ великий Ачарья, говорят, и дал эти пять коротких стихов, известных как Садхана Панчака, содержащих квинтэссенцию духовной практики.

1.

Ведо нитьям – адхиятам
тадудитам карма свануштхиятам,
Тенесасья видхиятам-
апачитих камье матистьяджьятам;
Папаугхах паридхуатам
бхавасукхе дошо- анусандхиятам,
Атмеччха вьявасиятам
ниджагрихат турнам виниргамьятам.

Этот начальный стих содержит указания относительно того, что должен делать стремящийся (aspirant), ведущий обычную жизнь домохозяина. Эта стадия является подготовительной перед вступлением на (собственно) духовный путь – стадия, на которой ищущий настраивает всего себя – тело, органы чувств и органы действия, ум и интеллект – на находящийся внутри него Дух.

а) "Ведо нитьям-адхиятам – Пусть священные писания изучаются ежедневно".

Священными писаниями, к изучению которых здесь призывается, являются мокша шастры, т.е. те священные писания, в которых рассматривается вопрос о мокше (Освобождении). К такой литературе относятся Упанишады, Гита, Брахма Сутры, комментарии к ним, отдельные трактаты Пракарана Грантх, которые полностью посвящены вопросу Освобождения, а также литература по йоге, бхакти и другая в этом духе. Стремящийся, должен сам подобрать литературу, которая соответствовала бы его характеру. Простое чтение текстов без глубокого проникновения в их значение и смысл, всегда присутствующие в них в завуалированном виде, не принесет большой пользы. Но даже и такое чтение имеет свои положительные стороны. Однако если чтение сопровождается размышлением над содержащимся в тексте смыслом, то это в значительной степени ускорит прогресс. Изучение должно являться неотъемлемой частью ежедневной садханы (духовной практики). Перерыв, пусть даже на короткое время, здесь недопустим. Изучающий извлечет большую пользу, если чтением будет заниматься в строго определенные часы. Эта часть садханы называется свадхьяя, которая также означает изучение человеком своего Атмана – своего Я.

б) "Тадудитам карма свануштхиятам – Пусть кармы (действия), предписываемые священными писаниями, выполняются должным образом".

Священные писания классифицируют кармы следующим образом: “нитья” и “наимиттика”, “камья” и “пратишиддха” – кармы, предписанные для ежедневного выполнения, и кармы, предписанные для выполнения в особых случаях, а также кармы, направленные на удовлетворение желаний, и запрещенные, греховные кармы. Опуская последнюю категорию запрещенных карм, стремящийся должен, согласно предписаниям, выполнять два других вида карм. Кармы также могут включать те повседневные дела, которые поддерживают человека на его жизненном пути. Что бы ни делал человек – будь то связанное с обрядностью или мирское – он всё должен посвящать Богу. Выполнение карм должно перейти в карма-йогу, практику, которая очищает ум и подготавливает почву для нисхождения Божественного Света.

в) "Тенесасья видхиятамапачитих – Через практику кармы да будет Бог почитаться".

Посвящением всех действий и их плодов Богу совершается пуджа, поклонение Богу. Обрядовая пуджа с цветами, плодами и т.д. не исключается. Но даже это следует делать в духе карма-йоги: с единственным желанием достичь конечной цели – Богореализации.

г) "Камье матистьяджьятам – Пусть ум будет отведён от действий, порождающих желания".

На этой ступени следует научиться отводить ум от тех действий, которые направлены на удовлетворение желаний. Ни в коем случае стремящийся не должен приступать к карме с мыслями о мирском. Даже жертвоприношения, ведущие в небесные миры, не должны выполняться с желанием попасть в те миры. Плоды карм, даже приводящие в небесные миры, скоротечны и не способны наделить вечным миром. Любое желание, кроме желания достичь Высшего Атмана, должно быть выброшено из головы. Лишь свободный от желаний ум отразит Атман.
Поэтому, стремящемуся рекомендуется избегать всех действий, порождающих желания, и ограничиться выполнением лишь предписанных карм, которые, как обычно считается, не дают каких-либо заслуг, однако невыполнение их непременно приводит к греху. Но Ачарья придерживается мнения, что предписанные кармы также приносят плоды, поскольку очищают ум и предотвращают грех, ложащийся на человека по причине их невыполнения, и, что, поэтому, их также необходимо выполнять, но без привязанности к ним и к их плодам.

д) "Папаугхах паридхуатам – Пусть все грехи будут искуплены (destroyed)".

Стремящемуся рекомендуется искупить все грехи. Это делается либо искупительными обрядами, предписываемыми священными писаниями, либо проживанием горького опыта последствий греховных поступков (or by actual experience of the fruits of the sinful actions)*. Посредством этих двух методов уже совершенные грехи, которым надлежит «плодоносить» в настоящей жизни, можно свести на нет. Дальнейшее накопление грехов следует предотвращать совершением поступков без привязанности к их плодам и посвящением их Богу.

е) "Бхавасукхе дошо-анусандхиятам – Пусть стремящийся исследует недостатки и несовершенства удовольствий этой земной жизни".

Ачарья призывает стремящегося к освобождению на начальных стадиях практики тщательно исследовать эфемерную и обманчивую природу чувственных удовольствий. Это исследование, если оно проводится согласно методам, предписываемым священными писаниями, убедит его в их ложно соблазнительной природе. Удовольствия, доставляемые внешними средствами, лишь приятно возбуждают нервы. За всеми чувственными удовольствиями тут же следуют страдания. Когда человек убеждается в этом факте, его ум больше не соблазняется на чувственные удовольствия как этого мира, так и небесных миров, и, в результате, он сможет заниматься духовной практикой без особых помех.

ж) "Атмечча вьявасиятам – Пусть будет принято твердое решение достигнуть Атмана".

Жгучее стремление постичь Атман именно в этой жизни является неизбежным желанием духовного искателя. Духовная жизнь не должна служить прибежищем для тех, кто пытается уйти от скуки стереотипной рутины мирской жизни. Это не приют в горах для времяпровождения летних каникул. Полный отказ от чувственности является предпосылкой для появления сильного желания Освобождения, которое иначе называется мумукшутва.

з) "Ниджагрихат-турнам виниргамьятам – Пусть он немедленно покинет свой дом".

Для добросовестного студента университета жизнь в общежитии является предпочтительной, поскольку даёт возможность больше посвящать времени учёбе в благоприятной для этого атмосфере общения с сокурсниками и преподавателями. В домашних же условиях студент окружен многими отвлекающими от занятий факторами. Подобно этому для неофита, вступающего на духовный путь, оставление дома будет в величайшей степени полезным, т.к. это поможет ему избежать всего, что мешает его духовной работе. Искушения, преследующие духовного искателя в домашних условиях, в тысячу раз сильнее, чем искушения, которым подвержен студент, находящийся в тех же условиях. Поэтому от стремящегося и требуется на этот период садханы оставить дом, родных и знакомых.

2.

Сангах сатсу видхиятам
бхагавато бхактир дридха дхиятам,
Сантьядих паричиятам дридхатарам
кармасу сантьяджьятам;
Садвидван упасарпьятам
пратидинам татпадука севьятам,
Брахмаикакшарамартхьятам
срутисировакьям самакарньятам.


Этот стих содержит указания относительно того, что должен делать духовный искатель в период, когда он уже оставил дом, но еще не получил посвящения от своего Гуру.

а) "Сангах сатсу видхиятам – Пусть он приобщится к сатсангу – обществу мудрецов".

Чрезвычайно полезным для духовного искателя считается связь с мудрецами – the Srotriya Brahmanishthas – теми, кто являются знатоками священных писаний, и кто погружён в Брахмическое сознание. Сат означает Абсолютное Существование, которое также является Абсолютным Сознанием и Абсолютным Блаженством. Поэтому, сатсанга будет означать – постоянная фиксация ума на Атман. Сатсанга также означает общество святых и мудрецов, обладающих глубокими знаниями, потому что их общество всегда способствует удерживанию ума от мирских мыслей и погружению в мысли о Боге.

б) "Бхагавато бхактир-дридха дхиятам – Пусть его преданность Богу будет непоколебимой и твердой".

Это является естественным следствием пребывания в сатсанге. Общество великих святых возожжёт огонь преданности Богу как всеведущему, всемогущему и вездесущему Существу, являющемуся главной, материальной причиной созидания, сохранения, и разрушения вселенной. Стремящийся должен иметь шраддху – полную, неотступную веру в Бога, необходимую для того, чтобы его “эго” становилось все меньше и меньше. Теперь во всём, в том числе и в духовном плане, он всецело полагается на Бога и только на Бога. Ачарья в своей Вивекачудамани определяет бхакти как поиск истинной природы человека (Сва-сварупа-анусандханам), а Шри Шандилья в своих Бхакти Сутрах определяет это слово как чрезвычайную преданность Ишваре, Господу. Немного поразмыслить – и станет ясно, что нет большой разницы между этими двумя определениями.

в) "Сантьядих паричиятам дридхатарам – Пусть практика таких качеств как шанти, данти и других будет неуклонной".

Стремящийся призывается к обладанию шатсампат, что включает в себя шаму (sama), даму (dama), упарати (uparati), титикшу (titiksha), шраддху (sraddha) и самадхану (samadhana) – спокойствие ума, самообуздание, или контроль чувств, прекращение всякой мирской деятельности, сила духа, или стойкость, вера в Бога, в Гуру, в священные писания и в Атман, и полная сосредоточенность ума на Атмане.

г) "Карма-асу сантьяджьятам – Пусть он немедленно отвергнет все кармы".

Стремящийся, который следует данным выше указаниям в течение довольно продолжительного времени и без перерыва, теперь получает наказ отречься от всех карм. Всецело посвятивший себя духовной жизни, он, – уже оставивший свой дом, изучающий священные писания, выполняющий предписанные кармы, с преданностью поклоняющийся Богу, посещающий сатсанги, практикующий шат-сампат с искренним желанием достичь Освобождения, значительно продвинувшийся в практике этих занятий, – теперь получает указание отречься от всех карм с тем, чтобы быть готовым предпринять следующий большой шаг вперед в своем продвижении, – шаг, который явится важным поворотным пунктом в его жизни. Вопрос об отвержении всех карм является очень сложным вопросом, по которому между несколькими философскими школами существуют разногласия. Господь Кришна в Своей бессмертной Песни, Бхагавадгите, внес ясность в этот вопрос. Восемнадцатая глава начинается с вопроса Арджуны о сущности санньясы и тьяги (отречения от всех карм и оставления их плодов), а ответ Господа на этот вопрос содержится в последующих одиннадцати стихах. Эти стихи допускают различные толкования и, поэтому, Ачарья в своём комментарии к ним излагает свою точку зрения, наилучшим образом подходящую духовным садхакам, и, в особенности, тем, кто следуют путем знания (джняна-йоги). Согласно Ачарье, стремящиеся к Духовной Истине, должны выполнять предназначенные для них кармы, но без желания получить их плоды. От чего они должны отречься, так это от привязанности к карме (действию) и к её плодам. Бездействие со стороны духовного искателя полностью его расхолаживает.

д) "Садвидван-упасарпьятам – Пусть он ищет встречи со святым мудрецом".

Следующий шаг, который должен сделать искатель на духовном пути, – это найти достойного наставника. До сих пор он практиковал садхану, составные части которой были перечислены выше, руководствуясь, в основном, священными писаниями и извлекая пользу от общения с мудрецами. В результате всего этого теперь он обрёл садхана чатуштайя – четыре качества, неизбежно приобретаемые стремящимся, а именно: способность различать Истинное и иллюзорное, отрешенность, или отсутствие желания получать удовольствия как этого мира, так и небесных миров, шесть элементов, уже упомянутых в третьей строке второго стиха [называемых шатсампат] и искреннее стремление к освобождению от цикла метемпсихозы [переселения душ]. Теперь он готов к тому, чтобы искать встречи со своим гуру. Ачарья косвенно намекает, что если искать встречи с гуру, с целью получить посвящение, до обретения вышеназванных качеств, то результатом будет одно лишь разочарование.

е) "Пратидинам татпадука севьятам – Пусть он ежедневно поклоняется его стопам".

Найдя гуру, что должен делать стремящийся? Этому вопросу и посвящена половина строф второго стиха. Пусть стремящийся день за днём служит гуру, пока тот не выкажет ему своего удовлетворения. Служение своему гуру является самой важной садханой, которая подготавливает ученика к посвящению. Среди некоторых бытует нелепейшее мнение, абсолютно не соответствующая истине, что служение гуру требуется так настоятельно, прежде всего, для блага самого гуру. Мы поклоняемся Богу для нашего же благополучия, для нашего процветания и духовной эволюции. Бог ничего не получает от нашего служения Ему. Он и не теряет ничего, если мы не поклоняемся Ему. То же самое и в отношении гуру: служение и поклонение ему помогает стремящемуся искоренить самскары, лежащие, спрятанными, в глубинах его ума – в подсознании и бессознательном. Священные писания изобилуют рассказами о жизни духовных садхаков, таких, как Сатьякама-Джабала, Индра и т.д., чья жизнь описана в Чхандогья упанишаде, которые, перед тем, как получить посвящение, подверглись суровым испытаниям со стороны их гуру. Степень суровости испытаний зависит от прошлых грехов ученика, которые приходится таким образом искупать. Ученик, успешно выдержавший эти испытания, сам, без чьей-либо помощи, теперь полностью готов к тому, чтобы получить посвящение в тайны Духа.

ж) "Брахмаикакшарамартхьятам – Пусть он вопрошает о едином неразрушимом Брахмане".

Если гуру удовлетворен служением ученика, тогда последний с величайшей скромностью должен расспрашивать о средствах освобождения от рабства этой мирской жизни. Ему следует молить гуру открыть ему знание относительно Атмана-Брахмана. Отношение между гуру и шишья – духовным наставником и учеником – является таинством и представляет собой исключительное явление. Ученик должен освободить ум от всех предубеждений и предвзятостей относительно своих знаний и достижений. Он должен как бы забыть всё, что знал до сих пор, и ожидать указаний от гуру. Только когда горшок пуст, его погружают в реку, чтобы набрать воды. Подобно этому, ученик должен сначала опустошить свой ум, и лишь затем садиться возле лотосных стоп гуру, чтобы получить посвящение.

з) "Срути-сиро-вакьям самакарньятам – Пусть он слушает махавакьи (содержащиеся) в Ведах".

Подготовленному таким образом ученику, проявившему должное отношение к гуру, и очистившего ум служением у его ног в течение достаточно продолжительного времени, гуру дает санньяса дикшу и посвящение в махавакья – великие изречения, или афоризмы, Упанишад, – которые, через заключенный в них смысл, устанавливают тождество Атмана с Брахманом. В Упанишадах содержится несколько великих речений, называемых махавакья (Maha Vakyas), четыре из которых считаются наиболее значимыми. Вот они: Праджнянам Брахма из Айтарея упанишады (Риг-веда), Ахам Брахмасми из Брихадараньяка упанишады (Яджур-веда), Тат Твам Аси из Чхандогья упанишады (Сама-веда) и Айям Атма Брахма из Мандукья упанишады (Атхарва-веда). Теперь садхака является вивидиша санньясином – монахом, проводящим всё свое время в серьезном размышлении и глубокой медитации. Овладев садхана чатуштайей (Sadhana-Chatushtaya) и пройдя предварительную практику, детали которой были описаны выше, он теперь способен оставить буквальный смысл этих великих речений и понять посредством джахад-аджахат лакшана их скрытый смысл. Это называется шравана (слушание). Простое слушание ведических афоризмов не даст желаемых результатов тому, кто не достаточно подготовлен и не посвящен должным образом. Шравана – это слушание духовного подвижника (aspirant), прошедшего соответствующую подготовку, великих речений из уст своего гуру с пониманием заключенного в них смысла.

3.

Вакьяртхасча вичарьятам
срути- сирах пакшах самасриятам,
Дустаркат-сувирамьятам
срутиматас-тарко-анусандхиятам;
Брахмаивасми вибхавьятам
ахарахар гарвах паритьяджьятам,
Дехехамматир-уджджхьятам
будха-джанаир-вадах паритьяджьятам.

Здесь указывается на необходимость для садхака практиковать манану и нидидхьясану до тех пор, пока он не преодолеет идею "Я – есть тело" и не утвердился в брахмакара вритти – мысли "Я есть Брахман".

a) "Вакьяртхасча вичарьятам – Пусть он размышляет над смыслом великих речений".

Следующей после шраваны ступенью является манана, или размышление. Садхаку надлежит размышлять над смыслом высказываний гуру. В процессе этого логического рассуждения у него могут появиться некоторые сомнения из- за того, что он понял значение высказываемого только разумом. Приобретенное таким образом знание является лишь опосредованным, но не прямым. Различного рода сомнения будут преследовать его до тех пор, пока прямое, непосредственное знание идентичности Атмана и Брахмана, являющееся сутью великих речений, не осенит его. Находящийся на стадии логического рассуждения, садхака должен строго придерживаться священных писаний и дальнейших указаний гуру. Прибегать к дискуссиям необходимо лишь в пользу заключенного в изречениях смысла. Ученик не должен вступать ни в бесполезные споры, ни в дискуссии, которые традиционно не одобряются мудрецами и священными писаниями.

б) "Срути-сирах-пакшах самасриятам – Пусть он обращается исключительно к Упанишадам".

В дальнейшем санньясин должен обращаться к одним только Упанишадам. Все его мысли должны фокусироваться вокруг них. Его ум должен быть занят размышлением все свободное ото сна время. Это рассеет все его сомнения. Теперь он не должен полагаться на те тексты в Ведах, в которых рассматривается вопрос кармы и упасаны; теперь отношение к ним – как к второстепенным или содействующим великим речениям. Все эти части шрути [священных писаний] уже сослужили свою службу и, поэтому, подвижнику следует их оставить.

в) "Дустаркат-сувирамьятам – Пусть он полностью откажется от всех ненужных дискуссий"

.Подвижник должен избегать диалектических диспутов и схоластических дискуссий. Ему также необходимо воздерживаться от дискуссий с теми, кто принадлежит к другим философским школам, т.к. это может сильно пошатнуть его веру.

г) "Срутиматастарко-анусандхиятам – Пусть он всегда будет занят изучением и исследованием аргументов Шрути".

Шрути представляют интерес только с точки зрения идентичности Атмана и Брахмана, истина которой устанавливается с помощью шат-татпарья линг (Shat-Tatparya Lingas) – шести тестов, для выяснения смысла текстов священных писаний. Вот они: упакрама упасамхара (предисловие и заключение), абхьяса (повторение темы время от времени), апурвата (подлинность в обучении), пхала (результат, полученный от него), артхавада (панегирик) и упапатти (доказательство посредством рассуждения). Общепринятым принципом является то, что смысл священного текста должен отвечать требованиям одному или более из этих шести тестов. Здесь – в случае великих речений – они, как это видно из шестой главы Чхандогья упанишад, отвечают требованиям всех шести тестов.

д) "Брахмаивасми вибхавьятам ахарахах – Пусть он ежедневно вынашивает бхавану (чувство) – " Я есть Брахман".

Рассеяв все сомнения и придя к непоколебимому заключению относительно смысла, содержащегося в Упанишадах, санньясин получает указание непрерывно держать сознание настроенным на идею "Я есть Брахман" подобно непрерывному потоку масла, льющемуся из одного сосуда в другой. "Я" постепенно прекращает свое существование. Оно растворяется в Брахмане. На языке Веданты это называется бадха саманадхикарана. На ранних стадиях своей садханы стремящийся посредством процесса анвайя и вьятирека (синтеза и анализа) различил Атман и не-Атман и посредством доктрины нети–нети (“не это, не это”) исключил [как незначащее] всё в cамашти (вселенной, или макрокосме, включающем ее конечные составляющие части – пять тонких элементов, начинающиеся “землей” и заканчивающиеся “эфиром”) и всё во вьяшти (человеке, или микрокосме, начинающимся физическим телом и заканчивающимся интеллектом и эго, между которыми функционируют органы, праны и ум). После этого исключения он оказывается лицом к лицу с Непроявленным (Ишварой) в макрокосме и с праджной (причинным состоянием человека, находящимся в состоянии глубокого сна) в микрокосме. Поистине, нет разницы между микрокосмом и макрокосмом, поскольку последний заключает в себе микрокосм. Не позволяя ему соскользнуть в состояние шуньята – не-бытия или нигилизм, – махавакьи спасают его и доводят до конечного состояния брахмического сознания.

е) "Гарвах паритьяджьятам – Пусть санньясин отвергнет гордыню и высокомерие".

Пусть у него не будет сознания превосходства над другими, ибо это непременно стянет его вниз с тех духовных высот, к которым он поднялся посредством Брахма–бхаваны. Мысль "Я духовно продвинут, а остальные еще живут мирскими интересами" никогда не должна появляться у садхака, потому что подобные мысли с абсолютной точки зрения противоположны истинам, к которым он идет. В конечном состоянии, описанном в мантре "Сарвам кхалвидам Брахма” (“всё, находящееся здесь, поистине есть Брахман – чистое, неразделимое Сознание”), где есть подтверждение для таких понятий, как "я", "ты" или "он"?! Может ли существовать гордыня и высокомерие при отсутствии этих понятий! Для достижения этого высочайшего состояния Ачарья и требует от садхака сознательно практиковать отсутствие гордыни.

ж) "Дэхе-ахамматир-уджджхьятам – Пусть понятие "Я есть тело" будет оставлено".

Источником страданий является понятие "Я есть тело". Эта идея так глубоко укоренилась как в результате общего наложения особенностей тела на Атман, так и вследствие наложения особенностей Атмана на тело. Вся духовная практика направлена на устранение этого ложного, иллюзорного наложения. Но сделать это не так просто, ибо оно является результатом безначальной аджняны, и оно прекратит свое существование лишь тогда, когда будет разрушена аджняна. Последняя разрушается лишь посредством самьяг-джняны – знания Ахам Брахмасми [постижения того, что “Я есмь Брахма”]. Когда это знание твердо укореняется в cадхаке, тогда аджняна в форме "Я есть тело" вымирает.

з) "Будха-джанаир-вадах паритьяджьятам – Пусть он полностью откажется от дискуссий с учеными мужами".

Когда садхака таким образом прогрессирует на духовном пути, он осознаёт истинную причину человеческих страданий в этом мире. В результате садханы у него самого начинают появляться проблески Реальности, что дает ему Наивысший Покой. Теперь у него появляется желание поделиться этим опытом с другими, и он с этим хорошим намерением начинает проповедовать йогу и Веданту. Во время этой деятельности, которой он занялся с наилучшими намерениями, он может, сам того не замечая, запутаться в бесплодных дискуссиях с учеными мужами и мудрецами. Абсолютная Реальность находится за пределами сат, асат и садасат – бытия, не-бытия и бытия-с-не-бытием. Она ни не-двойственна, ни двойственна и не является их комбинацией. В то же время, будучи имманентной, Она заключает в Себе как не-двойственность, так и двойственность, и все же остается все-превосходящей. Это не поддается описанию и находится вне всяких понятий. Отсюда, когда кто-либо пытается объяснить Ее другим, он неизбежно опускается с уровня Абсолютной Реальности к сфере относительной реальности, или не-Атмана. В этой сфере не-Атмана не может быть конца дискуссиям, ибо все дискуссии зависят от вечно меняющегося интеллекта. Поэтому, садхака, даже если он достиг высшей ступени в духовной эволюции, предостерегают не вступать в дискуссии с учеными мужами.

4.

Кшуд-вьядисча чикитсьятам
пратидинам бхикшаушадхам бхуджьятам,
Свадваннам на ту ячьятам
видхивасат праптена сантушьятам;
Ситошнади вишахьятам
на ту вритха вакьям самуччарьятам,
Аудасиньям абхипсьятам
джняна-крипа-наишитхурьямутсриджьятам.

В этом стихе даются указания духовно преуспевшему садхаку, чем он должен заниматься оставшуюся часть жизни в этом теле.

а) "Кшуд-вьядхисча чикитсьятам – Пусть будет излечено чувство голода".

По мере того, как садхака поднимается к более высоким ступням лестницы духовной практики, все более и более вероятным становится его падение. Именно поэтому Ачарья и дает это важное указание (предостережение). Хотя на ранних стадиях садханы он и практиковал контроль над всеми чувствами и умом, все же в нем может появиться тенденция к малозаметному послаблению, в особенности по части вкуса, чувства вкуса. Поэтому санньясину дается совет считать голод болезнью. Подобно тому, как все болезни тела и ума излечиваются соответствующими лекарствами, также и садхака должен вылечить эту болезнь – чувство голода. Этим ни в коем случае нельзя пренебрегать – оставлять болезнь не вылеченной, – ибо без здорового тела садхану нельзя завершить, а конечную цель – достичь. Средством для лечения чувства голода является питательная диета. Как переедание, так и голодание являются препятствием. Поэтому предписывается via media, золотая середина. Йога есть гармония. Крайностей следует предусмотрительно избегать.

б) "Пратидинам бхикшаушадхам бхуджьятам – Пусть монах ежедневно берет милостыню в качестве лекарства".

В отличие от других болезней болезнь чувства голода повторяется ежедневно, а, стало быть, и лечение также должно быть ежедневным. Какое же лекарство от этой болезни Ачарья предписывает санньясину? Таковым лекарством является бхикша – пища, полученная подаянием. Никто не принимает лекарство в количестве, превышающем положенную дозу, но лишь минимальную, достаточную, однако, для излечения. Подобным образом, санньясину предписывается брать только абсолютный минимум пищи, чтобы поддерживать тело и душу в здоровом состоянии, достаточно здоровом, чтобы завершить садхану именно в этой жизни.

в) "Свадваннам на то ячьятам – Пусть он не просит вкусные блюда".

И вновь, обращаясь к аналогии с лечением болезней, ни один пациент по известным причинам не может требовать от врача сладких лекарств. Подобным образом, санньясину запрещается просить у домохозяина, к коему он обращается за подаянием, вкусные продукты, ибо это считается греховным поступком, поскольку такая просьба ставит тех милосердно настроенных домохозяев (grihasthas), дающих ему милостыню, в неловкое положение. Бесстрастие, культивируемое садхаком с величайшим усилием, уступит место потворству чувствам, если он не будет чрезвычайно осторожен на этот счет.

г) "Видхивасат праптена сантушьятам – Пусть он будет полностью удовлетворен тем, что получает, поскольку это является результатом его прарабдха карм".

Это указание определяет умственную позицию санньясина, когда он милостыней добывает себе пищу или питье, или какую-нибудь одежду, чтобы прикрыть наготу. Он должен быть полностью удовлетворен. Он не должен питать чувство желания или недостатка относительно качества или количества получаемых им продуктов питания. Он не должен роптать на свою судьбу или проклинать ее за то, что она преподносит ему именно эти продукты питания. Чувство полного насыщения должно преобладать в нем. Даже на ранних стадиях садханы он с большим усилием и по собственному желанию развивал пратьяхару – отключение ума от чувственных объектов – благодаря различающему знанию того, что все чувственные удовольствия являются лишь благодатной почвой для боли. Затем он отрекся от мира и принял членство четвертого ордена санньясы и погрузился в манану и нидидхьясану, чтобы понять скрытый смысл махавакий, в которые его посвятил наставник. При таких условиях не должно быть причины для какого-либо недовольства из-за наличия либо отсутствия какого бы то ни было чувственного объекта. Ни наличие, ни отсутствие любого из объектов, относящихся к одному из трех миров, не должно нарушать его умственного спокойствия. До тех пор, пока садхака не прошел последнюю стадию – стадию достижения непосредственной реализации Атмана-Брахмана – он будет подвержен риску оступиться из-за того, что тяга чувств к их объектам, удвоенная притяжением этих объектов чувствами, является чрезвычайно большой силой для обыкновенных садхаков. Вот почему Ачарья и дал это указание (предостережение) даже на такой высокой ступени развития садхака.

д) "Ситошнади вишахьятам – Пусть он спокойно переносит пары противоположностей, такие как жара и холод".

Жара и холод, боль и удовольствие, добродетель и грех, любовь и ненависть, божественные и демонические качества, добро и зло, знание и невежество и т.д. являются парами противоположностей, над которыми должен возвыситься садхака. Он уже отверг то, что считается плохим, грешным, демоническим и т.д. Теперь же, на более высокой стадии, садхаку призывают избегать и их противоположностей, как, например, добра (the good), достойности (the meritorious), божественноcти (the Daivic) и т.д., поскольку Атман, достижение которого является конечной целью жизни, представляет из себя то, что превосходит любого рода связи и отношения. Садхака должен освободиться даже от того, что принято считать в этом мире добродетелью.

е) "На ту вритха вакьям самуччарьятам – Пусть он не говорит лишних слов".

В то время как все другие органы находятся под контролем и ограждены от контакта с соответствующими им объектами, орган речи, как это часто происходит у садхаков, начинает преобладать над остальными и становится очень активным, прикрываясь, в качестве предлога, лока-санграхой, т.е. желанием духовно возвысить человечество. В своем, бьющем через верх, сильном желании поделиться обретенными знаниями с другими, санньясин с самыми благими намерениями начинает проповедовать. Сначала он делает это среди младших братьев по духу, но постепенно его проповедь начинает охватывать широкий круг людей, принимая масштабы публичных выступлений. И тогда, сам того не замечая, он втягивается в бесполезные и неприятные диспуты с другими. Он легко запутывается в них. Осознание же этого факта приходит слишком поздно. Вот почему садхаку указывается на необходимость говорить лишь в том случае, когда этого нельзя избежать. Ещё один момент: если он будет уделять разговорам много времени, то это неизбежно повлечет за собой потерю энергии, которую он накопил с большим трудом на ранних стадиях духовной практики посредством контроля ума, органов чувств и т.д.

ж) "Аудасиньям-абхипсьятам – Пусть он стремится достичь полного безразличия ко всему мирскому".

Садхаку, принявшему орден санньяса, посвященному в махавакьи и всё своё время проводящему в размышлении и глубокой медитации над сокрытым в них смыслом, дается совет держаться в стороне от мирских дел, чтобы не рассеивать внимание. От него требуется держаться позиции бесстрастного отношения ко всему мирскому, но не такой позиции, которую занимают невежественные и эгоистичные люди по отношению к страдающему человечеству, а наивысшей отрешенности мудреца, превосходящей все пары противоположностей. Предполагается, что на этой стадии садханы он не находится среди мирян, однако, если обстоятельства сложатся так, что он вынужден будет находиться среди них, то ему советуется безучастно относиться ко всему, что вокруг него происходит. Атман описан в священных писаниях как Высший Свидетель в том смысле, что Он (It) свободен от всех действий и связей, и «видит» не в обычном значении этого слова, т.е., конечно же, не физическим зрением. Упанишады в попытке объяснить природу Свидетеля говорят: "Он, Атман, видит и все же не видит". Будучи не-двойственным, однородным, не-изменяемым и вечным Сознанием, Он описан в священных писаниях в форме вышеприведенного загадочного выражения как видящий и всё же не видящий. Позиция, занимаемая садхаком, должна находиться в гармонии с его истинной природой – природой Атмана.

з) "Джана-крипа-наиштхурьямутсриджьятам – Пусть он полностью избавится как от чувства доброты, так и от суровости в отношении других".

Хотя этот совет уже и давался в пятой строке четвертого стиха, особое внимание заостряется на нем еще раз ввиду его исключительной важности. Это вызвано еще и тем, что даже мудрые, но не знающие этих советов, могут пойти вспять на духовном пути, если не будут в высшей степени предусмотрительны. Такова уж природа человека – питать чувство доброты, суровости или неприязни в отношении других божьих созданий. Недоброжелательность, суровость и т.д. во всем мире признаются не желательными чертами характера, а потому не поощряются, в то время как доброта обычно считается великой добродетелью, которую все должны стремиться воспитывать в себе. Всемирное человеческое братство является ответвлением этой добродетели. Но, если речь идет о продвинутом садхаке, то даже добродетель может служить причиной его падения с тех больших высот, на которые он поднялся посредством долгой и длительной духовной садханы. Это положение поясняется в Шримад Бхагаватам на примере жизни Бхараты, очень высокоразвитой души, который из-за жалости к новорожденному олененку, лишившемуся матери и находившемуся на грани того, что его вот-вот смоет течением реки, взял его в свой ашрам и вырастил его. Эта жалость постепенно переросла в любовь, затем в привязанность и, наконец, выросла в такую зависимость, что в момент смерти Бхараты последней его мыслью была мысль о молодом олененке. В результате в своем следующем воплощении он родился в теле олененка. Поэтому, во избежание подобных падений, садхаку и советуется не питать ни чувств доброты, ни чувства суровости, но придерживаться позиции высшей отрешенности, превосходящей все пары противоположностей.

5.

Эканте сукхамасьятам
паратаре четах самадхиятам,
Пурнатма сусамикшьятам
джагадидам тад-бадхитам дрисьятам;
Праккарма правилапьятам
чити-балан-напьюттараих слишьятам,
Прарабдхам твиха бхуджьятам
атха парабрахматмана стхиятам

Это пятый стих является в той или иной мере описанием освобожденного мудреца – дживанмукты, который в конечном счете переходит в состояние видехамукти.

а) "Эканте сукхам-асьятам – Пусть он преспокойно живёт себе в уединении".

Монах, стремящийся к единому, не-двойственному Атман-Брахману должен избегать любого общения и пребывать в одиночестве. Та ступень, на которой от него требовалось посещать общество мудрецов, позади, и теперь санньясину, ставшему уже мудрецом, рекомендуется держаться в стороне и оставаться в полном уединении, чтобы он мог удерживать ум на заключенном в махавакьях смысле. Под уединением обычно понимают отсутствие рядом другого лица. Жизнь в пещерах и в лесных ашрамах обычно считается жизнью в уединении. Имеется, однако, и более высокое значение этого слова, которое применимо к находящемуся в медитации мудрецу. Для него уединение – это независимость сознания от какой-либо двойственности. Другими словами, когда его сознание пребывает, закрепленным, в едином, не-двойственном Атмане, тогда, говорят, он находится в уединении. Искатель должен практиковать физическое уединение, т.к. оно, в определённой мере, поможет достичь этого высшего уединения.

б) "Паратаре четах самадхиятам – Пусть его ум полностью погрузится в Высший Атман в самадхи".

Когда указание предыдущего параграфа (5а) выполняется непрерывно в течение долгого времени, т.е. когда ум остается сосредоточенным на сознании Атмана достаточно продолжительное время, то результатом этого будет состояние самадхи, или погружение ума в атмическое сознание. Все три компонента трипути, т.е. медитирующий, медитация и объект медитации, погружаются в единое атмическое сознание. Различия между субъектом и объектом более не существует. Объект становится единым с Субьектом. Остается один только "Субьект", и поэтому Он также утрачивает свою субъективность. Садхака перестаёт быть садхаком. Теперь он сиддха – дживанмукта, или освобожденный [при жизни] мудрец".

в) "Пурнатма сусамикшьятам – Пусть он теперь во всей полноте постигнет Бесконечный Атман".

Мудрец теперь обладает непосредственным знанием Атмана, который есть Пурна, или Бесконечность. Когда говорится, что мудрец дживанмукта знает по опыту Безграничный Атман, то это означает, что он сам стал Атманом, т. к. только Бесконечное может познать Бесконечность. Пока человек ограничен понятиями "начало" и "конец", он не сможет познать Бесконечное. Упанишады заявляют, что, познавший Брахмана, Сам становится Брахманом. Далее это объясняется таким образом: "оставаясь Брахманом, он достигает Брахмана", что показывает, что "становления" не существует, но есть одно лишь "Бытие". [Шанкара определяет Брахмана как "чистое бытие" (Прим. пер.)] Он осознает, что сам он все время и был Атманом и, что вся неволя и все несчастья были всего лишь видимостью из-за ложной аджнаны (невежества).

г) "Джагадидам тад-бадхитам дрисьятам – Пусть он засвидетельствует исчезновение этой вселенной в Атман-Брахмане".

Достигнув прямого познания смысла, заключенного в махавакьях, – то, что Атман тождествен Брахману, – мудрец обнаруживает, что он остается единым, не-двойственным, бесформенным Сознанием. Для него не существует ничего другого кроме Брахмана – "Я" этой вселенной. Вселенная, отдельная от Брахмана, – ничто. В махавакье Тат Твам Аси то, что выражается термином "Твам", т.е. Атман, становится единым с тем, что означается термином "Тат", т.е. Брахманом. Не существует "Твам" отличного от "Тат" и нет "Тат" отдельного от "Твам". Все различия погрузились в не-двойственную Реальность. Аналогичная ситуация и с другой махавакьей – Ахам Брахмасми. "Ахам" становится единым с "Брахманом". В Праджнянам Брахма "Праджнянам" растворяется в "Брахмане". В Айям Атма Брахма "Айям Атма" становится единым с "Брахманом". Таким образам, реализовавший себя мудрец постигает наивысшую абсолютную Реальность – не-двойственное Атмическо-Брахмическое Сознание.

д) "Праккарма правилапьятам – Пусть он уничтожит санчита кармы".

Когда мудрец погрузился в нерожденный, бессмертный, вечный, не- двойственный Атман, тогда все его санчита кармы, т.е. те кармы, накопившиеся в течение миллиардов прошлых жизней (“hundreds of crores of past lives”), сгорают дотла. Подобно жареным семенам, потерявшим способность к произрастанию, прошлые самскары [впечатления] и васаны [“тонкие”, или подсознательные, желания] этого мудреца, сгорающие в огне самьяг джнаны – познания Брахмана, – не могут более создать для него никакое новое тело.

е) "Читибаланнапьюттараих слишьятам – Силой Атмического Сознания пусть он остановит дальнейшее накопление агами карм".

У дживанмукты (освобожденного мудреца) нет эго, поскольку он уже погрузил его в Атман. Он непривязан и однороден подобно небесному простору. Поэтому в нем отсутствует чувство того, что он “делает” и “наслаждается”. При отсутствии этих двух чувств, плоды карм, созданные его телом, не смогут в будущем прилепиться к нему и стать либо причиной заслуг, либо дефицита таковых (unmerit). Священные писания заявляют, что дживанмукта абсолютно свободен и не связан даже предписаниями священных книг. Он свободно перемещается во всех мирах. Он ничего не принимает и ничего не отвергает. Его ум теперь един с Атманом. Он лишён как чувства страсти обладать чем-либо, так и чувства отвращения к чему-либо. Он никого не боится, но и его никто не боится. Благодаря этому высшему знанию Брахмана все его нынешние кармы высушиваются, и поэтому не приводят к дальнейшему перерождению – жареное семя не произрастает.

ж) "Прарабдхам твиха бхуджьятам – Пусть он исчерпает свои прарабдха кармы через проживание здесь [на земле] их последствий".

Когда санчита и агами кармы уничтожены, то остаются лишь его прарабдха кармы, т.е. кармы, вызвавшие рождение нынешнего тела мудреца. Это тело будет существовать до тех пор, пока остаются плоды тех карм, и оно отпадает, когда они полностью исчерпают себя через их проживание (experience). Поэтому, дживанмукта, говорят, проживает (experience) прарабдха кармы. Это и является ответом на вопрос невежд, видящих, как тело дживанмукты, как и тела других людей, двигается и совершает определенные действия. Они вопрошают: "Если благодаря самьяг-джняны (познанию Брахмана) следствия невежества уничтожены вместе с корнем [причиной, вызвавшей их], тогда как же тело живет?" Именно для таких пребывающих в сомнении невежд, Ачарья и говорит в своей книге "Вивекачудамани" о том, что священные писания кладут в основу доводов прарабдху, имеющую место в познавшем себя мудреце. Дело в том, что с познанием Брахмана и прямым постижением атмическо-брахмического тождества, все три вида карм: санчита, агами и прарабдха полностью уничтожаются. Остается один лишь не- двойственный Брахман – чистое, бесконечное Сознание, не имеющее ни начала, ни конца, непосредственное и трансцендентное. Он характеризуется полным отсутствием двойственности.

з) "Атха парабрахматмана стхиятам – Пусть он отныне вечно (firmly) пребывает в Сварупе Верховного Брахмана".

И вот уже мудрец, окончив путь, пребывает в своей исконной Сатчидананда Сварупе, да что там в самом не-двойственном Брахмане. Теперь он – видехамукта – освобожденный бестелесный. И хотя другие продолжают воспринимать его в телесном образе, для него самого уже не существует ни тела, ни мира, ничего, кроме Брахмана. Если он и видит мир, то, как Брахмана, а не как нечто отличное от Него. Если состояние дживанмукты не поддается описанию, тогда что говорить о состоянии видехамукты! Он является самим бесконечным Брахманом. Как Брахман не поддается ни описанию, ни воображению, так и его состояние не может описать язык человека, не может вообразить ум человека и не может постичь интеллект человека в обычном смысле этих слов. Но Его (It) можно познать и постичь непосредственным, прямым опытом (actual direct experience), поскольку находится Он ближе, чем само тело человека. В действительности, Он пребывает с нами каждый день, нет – каждый миг, но мы из-за неведения и возникающих в результате этого в уме бесчисленных желаний не осознаем Его.

Ях слока-панчакам-идам
патхате манушьях,
Санчинтаятьянудинам
стхиратамупетья;
Тасьясу самсрити-даванала-
тивра-гхора
Тапах прасантим-упаяти
читипрасадат.

Заключительный стих описывает, в традиционной манере, пхалу (phala), или пользу (fruit), которую извлекает изучающий эти стихи. В нем говорится, что тот, кто изучает эти пять стихов и ежедневно размышляет над их значением с очищенным и устойчивым умом, освободив его от всего отвлекающего, и кто практикует садхану, изложенную в этих пяти стихах, будет, милостью Атмана, ускоренным образом спасен от великого лесного пожарища этого цикла перевоплощения.

Таким образом, начиная с изучения священных писаний, что является первой ступенькой духовной лестницы, садхака получает указание постепенно, шаг за шагом, подниматься вверх, пока не утвердится в Верховном Брахмане. Если, поднимаясь по лестнице, игнорировать очерёдность ступенек и перескакивать через них, пытаясь быстрее забраться наверх, то можно упасть и сломать ноги. Именно поэтому, попытка сократить описанный процесс и является причиной неудачи многих, кто идёт по духовному пути. Выполнение своих обязанностей без желания их плодов, служение Богу посредством выполнения этих обязанностей, отречение от желаний, искупление грехов, размышление над изъянами чувственных удовольствий, твердое намерение достичь Освобождения и оставление своего дома – вот семь ступеней на первом этапе.

На следующем этапе садхаку предписано общение с мудрецами, вручение себя Богу, интенсивная практика шат-сампат, полное отречение от карм, поиск наставника, служение ему, прошение о посвящении, а также получение посвящения в махавакьи.

Затем следует третий этап, где он получает следующие указания: размышлять над скрытым смыслом махавакий, полностью положиться на Упанишады, избегать любых дискуссий, направленных на умаление духа священных писаний, следовать той установки аргументов, которая в них предписана, постоянно утверждать мысль "Я есть Брахман", отвергнуть гордыню и идею "Я есть тело", а также избегать ненужных споров и диалектических дискуссий с интеллектуалами и учеными мужами.

Четвертый стих, описывающий следующий этап, призывает монаха считать голод болезнью, лечить его пищей, полученной как подаяние, отвергнуть страсть к вкусным блюдам, удовлетворяться тем, что преподносят ему его прарабдха кармы, терпеливо сносить неизбежные в жизни противоположности, такие как жара и холод, избегать ненужных разговоров, выработать бесстрастное отношение ко всему мирскому и избегать по отношению к другим как ненависти, так и чувства сожаления (compassion).

На последнем, пятом этапе, садхака прибегает к полному уединению и закрепляет свой ум в самадхи на Высшем Атмане. Он теперь получает опыт прямого постижения Беспредельного Атмана-Брахмана и не воспринимает мир отличным от Него. Он освобожден от всех трех видов карм и, достигнув конца пути, остается в Атмане-Брахмане – единой, прекрасной, наивысшей, не-двойственной Реальности.
______________________________
*Примечание русского переводчика

При редактировании текста в отношении второго метода у меня возникли сомнения – правильно ли я понял, что он состоит (всего лишь!) в «проживании горького опыта последствий греховных поступков» раз уж они были совершены? С этим вопросом я обратился к Свами Джьотирмайянанде, на что он ответил:

«Греховные кармы (поступки) скажутся на человеке в виде тех или иных неприятностей. Однако молитвой, особыми духовными дисциплинами или божьей милостью их можно сократить и даже свести на «нет». Тем не менее, не будучи просветлённым, человек продолжает творить кармы, хорошие и плохие. Лишь по достижении Самореализации, или Освобождения, все кармы уничтожаются полностью».

Это объяснение мало прояснило ситуацию, и я ещё раз обратился к моему гуру:
«Спасибо за Твоё доброе письмо и ответ на мой вопрос. Итак, как я понял, второй метод искупления грехов состоит в душевных переживаниях, т.е. испытании самих страданий. Но тогда этот «метод» весьма популярен в народе. Он что, и вправду эффективен?! Очень даже сомневаюсь: несмотря на страдания люди вновь и вновь продолжают грешить. Я бы, скорее, назвал это «божьим методом» воспитания бедолаг, человеческих существ, методом, рассчитанным на очень долгий период».

В тот же день пришёл ответ:
«Спасибо за твой email. Добродетель и порок (грех) – относительные понятия. Никто не вправе подвергать человека страданиям за совершённые им «грехи». Негативная карма автоматически вызовет негативные последствия. Если человек терпеливо, аскетически будет переносить их, то этого будет достаточно.
Решимость отказаться от негативных карм, намерение совершать лишь благие кармы и настойчивая практика йоги с целью просветления – вот правильный метод. Задача состоит в том, чтобы освободиться от всех карм – благих и греховных, – и стать свободным».

...

События и новости
2017-11-13Ретрит Школы йоги «Парашакти»: Осень 2017

С 10 по 12 ноября в отеле «Большая медведица» (хутор Гуамка Апшеронского р-на) прошёл очередной, двадцать первый, ретрит Школы йоги «Парашакти» по теме: «Секреты Праны и пранаямы», в основу которой легло учение Свами Нараянананды. В этот год богини Кали — на его исходе — мы сочли должным уделить особое внимание и выразить своё глубокое почтение Шри Кали-Дурге.

2017-07-01ОМ ШРИ ГУРАВЕ НАМАХА!

Школа йоги «Парашакти» сердечно поздравляет всех учителей и учеников йоги с замечательным праздником – Вьяса Пурнимой. Согласно ведической традиции, именно в этот день был рожден великий мудрец Вьяса – «разделитель» Вед, автор древнеиндийского эпоса «Махабхараты» и священных пуран, основоположник философии веданты. Если в далеком прошлом в этот день духовные подвижники отдавали дань уважения исключительно Вьясе, как первому учителю, то впоследствии день Вьяса Пурнимы приобрел иные, гораздо более широкие масштабы и превратился в праздник всех учителей, академических в том числе. По этой причине он стал называться Гуру Пурнимой.


Гуру Пурнима отмечается ежегодно в полнолуние и выпадает на месяц Ашадх (июнь-июль). Это первый день годового периода Чатурмас («четырёх месяцев»), благоприятных для сельского хозяйства.


По всей Индии в ашрамах и монастырях в этот день совершаются специальные пуджи, посвященные гуру, поются духовные гимны, бхаджаны и ведические киртаны, читаются лекции и проводятся концерты и другие мероприятия. Особенно широко, с большим размахом отмечается этот праздник в ашрамах Свами Шивананды (Ришикеш) и Сатьи Саи Бабы (Прашанти Нилаям).


Этот день отмечается также в буддизме. Считается, что именно с него берёт начало буддийская религия, поскольку в этот день Будда Шакьямуни произнес свою первую проповедь в Сарнатхе, небольшом городке в 10 км к северу от Варанаси.


Этот день исключительно важен и для джайнов, ибо в этот день у Махавиры, основателя джайнизма, появился первый ученик, Гаутама (Индрабхути).


В качестве подарка прилагаем статью Свами Джьотирмайянанды «Гуру – свет в твоем сердце» в нашем переводе с английского языка.

Ом Намо Гурудэв Намо!

Наши занятия